«Волк, кабан и человек перепутаны навек»
Из пасти — прямо в лес
Первым делом Вера решила, что они всё-таки погибли.
После прыжка в пасть заводского Зевуна исчезло всё: страшные зубы, крики рабочих, грохот цехов. Не было даже пола под ногами. Она попыталась нащупать Глеба, но пальцы ухватили пустоту. Где-то рядом он выругался, затем стиснул её запястье.
— Держись. Только не отпускай.
— Ты видишь хоть что-нибудь?
— Да. Очень красивую темноту. Почти домашнюю.
Их швырнуло вниз. Вера упала коленями на холодную землю, ударилась ладонями о корни и почувствовала запах хвои. Глеб с глухим стоном приземлился рядом. За спиной что-то схлопнулось, точно огромная книга, и наступила тишина.
Ненадолго.
До них донеслись удары бубна, пьяный смех и звон посуды. Вера подняла голову. Над чёрными елями светились редкие звёзды. Кроны так плотно переплетались, что небо казалось разрезанным на узкие полоски. Вдалеке гуляло оранжевое зарево.
— Мы на улице, — произнесла она.
— После того, как нас проглотили, мне уже всё равно, где мы. Я бы предпочёл дома.
— У нас дома сейчас такая же тьма, как здесь?
Глеб прислушался. Из-за деревьев снова донёсся весёлый крик, а следом чей-то вполне человеческий вопль.
— Думаю, нас никто не ждёт на ужин, — сказал он. — И не хотелось бы проверять.
Вера поправила сумку. В ней лежал стеклянный шар, детская варежка, оставшиеся золотые монеты и волшебная шляпа с завода. На ремне всё ещё держалась другая шляпа — Кая. Она невольно коснулась серебряной броши. После Чёрной реки Вера почти перестала надеяться увидеть его снова.
Из леса вышли два тролля. Один в меховой накидке, другой в засаленном кожаном фартуке. Ростом каждый с молодой ель, с жёлтыми клыками и широкими, покрытыми шрамами ладонями.
— Новые гости! — обрадовался первый.
— Опоздавшие! — уточнил второй.
— Мы просто проходим, — сказал Глеб.
— Все в лесу приглашены на пир. Тут никто просто так не ходит, — ответил тролль в фартуке. — Пойдёмте. Хозяин не любит, когда его заставляют ждать.
Глеб хотел возразить, но тролль мягко подтолкнул его пальцем толщиной с дубовую ветку. Вера поняла, что спорить бессмысленно.
Из тьмы портала герои выходят в незнакомый ночной лес.
— Только запомните, — добавил первый, уже шагая по тропе. — За столом каждый отвечает за себя. За другого не говорите.
Это было первое предупреждение.
Старые знакомые среди мёртвых
По пути к огням им попадались весьма необычные гости. Старуха с оленьими рогами несла корзину грибов. За ней семенили маленькие существа с птичьими ногами и лицами обгоревших кукол. У дерева сидел волк в бархатном камзоле и спорил о чём-то с кабаном, у которого было человеческое лицо. Между стволами проходили полупрозрачные воины в проржавевших шлемах. Иногда сквозь них просвечивали деревья.
От костров тянуло мясом и хмельным мёдом. Над головой звенели подвешенные на ветках кости, сухие цветы и серебряные колокольчики. Гости смеялись так громко, словно очень старались доказать, что им весело. Но некоторые продолжали хохотать с совершенно неподвижными лицами.
Седая женщина в венке из сухой травы вдруг преградила Вере дорогу.
— Береги голос, девочка. О своей доле говори, а о чужой не берись судить. Здесь за чужую судьбу платят собственной.
Это было второе предупреждение.
— Спасибо, — ответила Вера.
Женщина печально посмотрела на её руки.
— Живая. Даже жалко.
И растаяла между деревьями, оставив запах холодной золы.
— Заметила, какие здесь добрые советчики? — шепнул Глеб. — Чем больше предупреждают, тем сильнее хочется убежать.
— Мне и без них хочется.
Из толпы донёсся знакомый, чуть насмешливый голос:
— И куда это вы собрались без проводника?
Вера обернулась. Возле бочонка с напитками стоял Кай в тёмно-синем камзоле и полосатых брюках. Шляпы на нём не было. Он держал деревянную кружку и улыбался так, словно расстались они всего час назад.
— Кай!
Она бросилась к нему и обняла. Кружка опасно накренилась.
— Осторожно, — засмеялся Кай. — Здесь подают такую гадость, что даже пролитой можно кого-нибудь проклясть.
Вера отступила, проверила его лицо, руки, плечи.
— Ты жив! Он же тебя проглотил! Мы видели!
— Я присутствовал при этом событии лично. Впечатления отвратительные.
— Как ты выбрался? — спросил Глеб.
— Очнулся тут, возле старой сосны. Не знаю, что было: проход через глотку или смерть с последующим возвращением. Коты, говорят, имеют девять жизней.
— Сколько осталось у тебя?
Кай задумался.
— Я не вёл учёт. Вообще-то вопрос интересный. Надо будет когда-нибудь обсудить с психоаналитиком. Желательно живым.
Глеб не удержался от улыбки и обнял Кая за плечи.
— Хорошо, что вернулся, хвостатый. Но больше не предлагай себя чудовищам. Нам хватило одного раза.
— Согласен. Услуга оказалась неприлично дорогой.
Вера сняла с сумки его шляпу. На внутренней стороне поблёскивала брошь с раздвоенной стрелкой.
— Мы сохранили.
Кай взял её осторожно, на мгновение задержав пальцы на броши. Посмотрел на Веру без обычной усмешки.
Неожиданное возвращение Кая.
— Спасибо.
Он надел шляпу, поправил поля и снова стал похож на человека, которому всё заранее известно.
— Теперь идём к столу. Но я вас очень прошу: не спорьте с Хозяином. Он жесток, любит загадки и не прощает невежливости. А если спросит, кто станет отвечать за другого, промолчите. Даже если вам покажется, что ответ очевиден.
Это было третье предупреждение.
Тот, кто сидит во главе стола
Они вышли на громадную поляну. В середине пылал костёр из целых кедровых стволов. Пламя поднималось выше крон, но ветви не обгорали. Вокруг тянулись длинные столы: деревянные, каменные, кое-где сложенные прямо из костей неизвестных зверей. За ними пировали сотни существ.
Мёртвые воины поднимали чаши, шаманы били в бубны. Тени танцевали отдельно от своих хозяев. Маленькие бесы бегали по столешницам, утаскивая куски мяса и чьи-то зубы. Возле дальнего костра на вертеле вращался кабан, который время от времени бранил повара.
Но Вера перестала смотреть по сторонам, когда увидела Хозяина.
Он возвышался над столами метров на десять. На широких плечах лежала шкура зверя с серой, словно пепел, шерстью. Костяное ожерелье спускалось до пояса. Вместо короны голову обрамляли огромные изогнутые рога — будто сухие ветви, на которых застрял зимний лес. Лицо напоминало расколотую скалу. Один глаз горел красным, другой жёлтым. В бороде запутались маленькие кости и серебряные пластинки.
Хозяин пил из кубка размером с бочку. Он поставил его на стол и поднял взгляд.
Хозяин Тайги принимает гостей за опасным праздничным столом.
— КТО ОПОЗДАЛ НА МОЙ ПИР?
Музыка затихла. Тролли подтолкнули путешественников к краю стола.
— Живые путники, великий Хозяин. Прямо из дороги междумирья!
Великан наклонился. Вера почувствовала запах мокрой земли, дыма и старого погреба. Тяжёлое дыхание шевельнуло волосы у неё на лбу.
— ЖИВЫЕ. ДАВНО НЕ СЛУЧАЛОСЬ. САДИТЕСЬ. У МЕНЯ СЕГОДНЯ ЩЕДРЫЙ ПИР!
Один из гостей радостно облизнулся. Глеб сделал вид, что не заметил.
— А если нам нужно идти дальше? — спросила Вера.
— СПЕРВА УВАЖЬТЕ МОЙ СТОЛ. ПОПРОБУЙТЕ ЕДУ. ОТВЕТЬТЕ НА ВОПРОСЫ. А ПОТОМ УЗНАЕТЕ СВОЮ ДОЛЮ.
— А вы знаете, как закончить бесконечную ночь? — не выдержал Глеб. — И выйти из «Сибириума»?
Гигант улыбнулся. От этой улыбки захотелось стать невидимым.
— ЗНАЮ. ВОЗМОЖНО, СКАЖУ. ЕСЛИ СУМЕЕТЕ ДОЖИТЬ ДО КОНЦА ПИРА.
Кай незаметно коснулся Вериной руки.
— Садимся, — шепнул он. — В чужом доме лучше сначала выяснить правила.
Угощение, которое просило пощады
На серебряном блюде принесли зажаренную рыбу с шестью ногами. Вместо хвоста у неё была человеческая ладонь. Рыба открыла глаза, вскочила и побежала по столу, крича, что ещё не готова. Повар поймал её за одну из ног и вернул на поднос.
— Лежать! Тебя уже посолили!
Другой слуга разлил по мискам тёмный суп. В нём плавали светящиеся шарики. Один выскочил наружу, посмотрел на Глеба и обиженно пискнул.
Потусторонние блюда на пиру нечисти.
— Я уже не голоден, — произнёс Глеб.
— Ешьте, — коротко посоветовал Кай.
В тот же миг незнакомый путник за соседним столом отодвинул тарелку.
— Я это есть не стану! Оно живое!
Музыка оборвалась. Хозяин медленно повернул к нему голову.
— ТЫ ОТКАЗЫВАЕШЬСЯ ОТ МОЕГО УГОЩЕНИЯ?
— Там лапы! И глаза!
— А ЧТО ТЫ ХОТЕЛ? ЧТОБЫ УЖИН НЕ СМОТРЕЛ НА ГОСТЯ?
По знаку великана тролли подняли несчастного и понесли к дальнему костру. Тот передумал, кричал, обещал съесть всё, но слушать его уже не стали. Вскоре за деревьями раздался короткий вопль.
Глеб решительно взял ложку.
— Так. На вид грибной. Если начнёт разговаривать, попрошу заткнуться.
Вера осторожно отломила кусочек хлеба. Корка оказалась тёплой и пахла привычным ржаным хлебом. Она откусила — и перед глазами возникла их старая кухня. Мама ставила на стол пирог, отец ругался на сломавшиеся часы, маленький Глеб просил ещё один кусок. На мгновение Вере захотелось шагнуть к ним.
Но у матери не было тени. А за окном кухни стоял тот самый гигантский костёр.
Вера закрыла глаза и с усилием проглотила хлеб.
— Здесь подмешивают воспоминания, — тихо сказал Кай. — Не пытайтесь войти в то, что увидите.
Им налили тёмного напитка. Вера попробовала совсем немного, чтобы не оскорбить хозяина. Напиток обжёг горло ягодной горечью. Напротив появилась женщина с оленьими рогами и пригласила Веру к себе: мол, её мать уже ждёт за деревьями.
— Спасибо, я останусь с братом, — ответила Вера.
Женщина посмотрела на неё без улыбки. Под платьем у неё не было ног.
Загадки, за которые расплачиваются жизнью
Хозяин поднялся. В его руке появился посох толщиной с молодую сосну. Он ударил им о землю.
Первый удар погасил дальние костры.
Второй удар притянул к столу густой туман.
Третий заставил всех гостей замолчать.
— ПРИШЛА ПОРА ПРОВЕРИТЬ, ЕСТЬ ЛИ У ВАС ГОЛОВЫ, А НЕ ТОЛЬКО ЖИВОТЫ. ТРИ ОШИБКИ — И ГОЛОВА БОЛЬШЕ НЕ НУЖНА. СТАНЕТЕ УЖИНОМ!
Хозяин испытывает живых гостей загадками.
Вера почувствовала, как холодеет спина. Кай сидел рядом, вроде бы спокойно, но внимательно наблюдал за великаном.
— ЧТО МОЖНО ОТНЯТЬ У МЁРТВОГО, НЕ ТРОГАЯ ЕГО МОГИЛУ?
Кай едва заметно коснулся виска. Вера поняла.
— Память о нём. Когда о мёртвом забывает последний живой, он словно исчезает во второй раз.
Хозяин глухо рассмеялся.
— ВЕРНО. А ТЫ, ПАРЕНЬ, ОТВЕЧАЙ: ЧТО МОЖНО РАЗБИТЬ ОДНИМ СЛОВОМ?
Глеб вспомнил, как долгие годы повторял слова отца об исчезновении матери. Как его неверная догадка превратилась для сестры в чужую правду.
— Клятву. Или обещание.
— ТОЖЕ ВЕРНО. ЧТО ИСЧЕЗАЕТ, КОГДА НАЗЫВАЕШЬ ЕГО ВСЛУХ?
Глеб замялся. Кай прошептал так тихо, что его почти не было слышно:
— Тишина.
— Тишина! — быстро произнесла Вера.
Хозяин перестал улыбаться. Он медленно повернулся к Каю.
— КОШАЧИЙ СЫН. ЗАЧЕМ ТЫ РЕШАЕШЬ МОИ ЗАГАДКИ ВМЕСТО ГОСТЕЙ?
Кай изящно поклонился.
— Простите, великий Хозяин. Я только поддерживал беседу.
— УВЕСТИ. ПОСАДИТЬ ПОДАЛЬШЕ. ЕЩЁ ОДНА ПОДСКАЗКА — И ЛИШИТЬ ЯЗЫКА.
Два тролля подняли Кая и усадили в дальнем конце стола, между воинами с волчьими головами. Он успел подмигнуть Вере, но на этот раз насмешка выглядела натянутой.
Хозяин продолжил:
— ВОЛК НАДЕЛ КАБАНЬЮ ШКУРУ. КАБАН СПРЯТАЛСЯ ПОД ЧЕЛОВЕЧЕСКИМ ЛИЦОМ. ЧЕЛОВЕК ВЗЯЛ ВОЛЧЬЮ МАСКУ. ГДЕ ЧЕЛОВЕК?
— Под волчьей, — ответил Глеб после короткой паузы.
— А ЕСЛИ В ЛЕСУ НАЙДУТ МЁРТВОГО ОХОТНИКА И ТРИ СЛЕДА — ВОЛЧИЙ, КАБАНИЙ И ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ? КТО УБИЙЦА?
— По следам этого нельзя установить, — сказала Вера. — Они показывают, кто проходил, но не доказывают, кто убил.
Великан с интересом прищурился.
— НЕПЛОХО. И ПОСЛЕДНИЙ ВОПРОС: ЧТО ЗАБИРАЕТ У ЧЕЛОВЕКА ЕГО СОБСТВЕННАЯ РЕЧЬ, ЕСЛИ СЛИШКОМ МНОГО ГОВОРИТЬ?
— Воспоминания, — ответил Глеб. — Мы видели поезд, в котором даже стены слушают.
Хозяин медленно кивнул. Похоже, умные гости его не радовали.
— НУ ЧТО Ж. ОСТАЛСЯ ВОПРОС ОСОБЫЙ.
Невеста Хозяина
Великан обошёл стол, и земля задрожала под его шагами.
— КТО СРЕДИ ЖИВЫХ ГОТОВ ОТВЕТИТЬ ЗА ДРУГОГО?
Вера вспомнила предупреждения. Промолчала. Глеб тоже.
— КТО ПРИМЕТ ЧУЖУЮ ДОЛЮ РАДИ БЛИЗКОГО?
Никто не сказал ни слова. Лишь костёр трещал громче прежнего.
Хозяин усмехнулся и махнул рукой. Тролли схватили Глеба, выволокли из-за стола и потащили к огромному котлу. Тот упирался, ругался, пытался достать ногой до земли.
— Эй! Мы же ответили на ваши загадки!
Вера вскочила.
— Отпустите его!
Хозяин наклонился почти к самому её лицу.
— СПРОШУ В ТРЕТИЙ РАЗ. КТО ОТВЕТИТ ЗА ЖИЗНЬ ЭТОГО ЧЕЛОВЕКА? КТО ВОЗЬМЁТ ЕГО СУДЬБУ СЕБЕ?
Тролль поднял Глеба над кипящим котлом. Вера больше не думала ни о предупреждениях, ни о правилах.
— Я! Я отвечу за него! Только отпустите!
Смех смолк. Хозяин выпрямился во весь рост.
— ОТОЗВАЛАСЬ.
Шаманы ударили в бубны.
— САМА НАЗВАЛА СЕБЯ.
Ведьмы вскочили, поднимая венки.
— САМА СТАЛА МОЕЙ НЕВЕСТОЙ!
Вера названа невестой, а её друзья оказываются в плену.
Вера похолодела.
— Я не соглашалась выходить за вас!
— А Я И НЕ СПРАШИВАЛ, ХОЧЕШЬ ЛИ ТЫ. ТЫ САМА ВЗЯЛА НА СЕБЯ ЧУЖУЮ ДОЛЮ. ТЕПЕРЬ МОЯ.
Он поднял кубок и объявил тост за новую невесту. Пирующие загремели кружками. Ведьмы вынесли чёрное платье, усыпанное костяными бусинами. Глеба привязали к столбу у котла. Кая притащили следом и затянули на руках верёвки.
— Котов тоже варим? — спросил один из поваров.
— Я не кот, — сердито отозвался Кай.
— Тем лучше. Больше бульона.
В котёл наливали воду, бросали лук, коренья, горсти перца. Один повар выбирал между розмарином и сушёной крапивой. Гости били вилками по столу, требуя угощения.
— Добавьте соли! — кричали из темноты.
— Готовьте быстрее! — вторили рядом.
— Мы бульон ждём! — ревел весь стол.
Глеб не выдержал:
— Сестрёнка, меня хоть перед смертью наконец-то сочли годным на что-нибудь серьёзное!
Вера не улыбнулась. У неё дрожали пальцы. Она смотрела на троллей, на костёр, на связанные руки друзей — и пыталась придумать, что можно сделать, пока их не опустили в кипящую воду.
Шляпа и три голоса рассвета
До рассвета было ещё далеко. Тьма над лесом казалась плотной, и ничто не обещало скорого утра. Но Вера вспомнила бабушкину сказку: когда поёт петух, ночная нечисть прячется в свои норы, как бы могущественна ни была.
Она осторожно взяла свою волшебную шляпу. Подарок тыквоголовых мастеров с завода умел менять форму и помогать владельцу. Заряжался он солнечным светом, но некоторое количество силы оставалось в запасе.
Вера прижала шляпу к груди.
— Мне нужен рассвет.
Поля чуть заметно дрогнули. По краю ленты проступил красный гребешок.
— Мне нужен тот, кто зовёт утро.
Из ткани вытянулись золотистые перья и короткий клюв.
— Пусть весь лес услышит настоящий петушиный крик. Пусть все решат, что наступил день!
Шляпа превратилась в большого петуха. Он встрепенулся, раскрыл крылья и прыгнул на край стола. Вера едва удержалась, чтобы не вскрикнуть от радости.
Волшебная шляпа принимает облик петуха и объявляет ложный рассвет.
Петух вытянул шею и запел в первый раз.
КУ-КА-РЕ-КУ-У!
Музыка оборвалась. Пирующие оглянулись. Некоторым показалось, что на востоке стало светлее.
Петух крикнул во второй раз.
КУ-КА-РЕ-КУ-У!
Над столом прошла золотистая волна света. Призраки начали таять. Ведьмы бросились к деревьям. Тролль выронил поварёшку, второй залез под стол вместе с банкой перца. Кто-то выкрикнул, что уже утро, и паника стала общей.
Третий крик прозвучал громче всех.
КУ-КА-РЕ-КУ-У!
Шаманы побросали бубны. Мёртвые воины проваливались в землю, бесы лезли друг на друга, прячась от несуществующих солнечных лучей. Сам Хозяин поднялся с трона, заревел и отошёл в темноту, ломая деревья могучими шагами.
Вера бросилась к брату и развязала верёвки. Кай уже освободился сам и натягивал шляпу.
— Бежим, — сказал он. — Пока они не поняли, что нас обманули не петухом, а собственной привычкой бояться утра.
На столе снова лежала дамская шляпка. Золотистый узор потускнел: три крика истратили почти весь её солнечный заряд. Вера схватила её и побежала за друзьями.
У самой опушки
Кай вёл их по узкой тропке между елями. Позади ещё раздавались крики нечисти и стук перевёрнутых столов. Глеб то и дело оглядывался.
— А если всё-таки догонят?
— Тогда будешь разговаривать с ними. У тебя редкий талант раздражать собеседников, — ответил Кай.
— Благодарю за доверие.
Вера остановилась, сорвала с плеч навязанное ей чёрное свадебное покрывало и бросила на ветки.
— Надеюсь, больше мне не предложат замужества посреди леса.
— А в городе? — не удержался Кай.
— Кай.
— Всё, молчу.
Между стволами наконец появились просветы. На далёком горизонте золотилась тонкая полоска настоящего рассвета. Лес отступал, дорога уходила к открытой равнине.
— Успели, — выдохнула Вера.
Путь к рассветной опушке, где приключение ещё не закончено.
Кай остановился первым. Его взгляд, обычно насмешливый, стал тяжёлым. Глеб поднял голову и тоже застыл.
На границе леса стояла огромная фигура.
Сначала Вера приняла её за скалу. Потом заметила рога, широкие плечи и длинную чёрную бороду. Один глаз горел красным, другой жёлтым. Хозяин Тайги смотрел на них и ухмылялся.
— НУ ЧТО, ГОСТИ? ХОРОШО ПОВЕСЕЛИЛИСЬ?
За его спиной вставало солнце. Великан не пытался спрятаться.
— ВЫ ДУМАЛИ, ПЕТУХ ПРОГОНИТ МЕНЯ ИЗ МОЕГО СОБСТВЕННОГО ЛЕСА?
Глеб медленно выдохнул.
— Кажется, шутка не удалась.
Вера посмотрела на шляпу. Та больше не светилась. Кай шагнул вперёд и заслонил её собой, хотя рядом с великаном казался совсем маленьким.
Хозяин опустил громадную ладонь на сосну. Ствол треснул.
— НЕВЕСТА МОЯ. ТЫ ВЕДЬ ЗАБЫЛА ПОПРОЩАТЬСЯ.
Вера отступила к брату. Позади оставался лес, полный разгневанной нечисти. Впереди стоял тот, кто называл себя его Хозяином.
А настоящее утро уже наступало.
Продолжение следует…
