Гараж закрывает день
В маленьком городе за холмом жил голубой грузовичок Тишка. Он возил корзины, дощечки и однажды — целое кресло, которое всю дорогу важно покачивалось в кузове.
Вечером Тишка возвращался в общий гараж. Там работала сова Мила. Днём она отдыхала, а к вечеру приходила проверить, всё ли в порядке у машинок.
У гаража было три окна и большой полосатый коврик. Коврик лежал в самом тихом углу, но Тишка редко успевал его рассмотреть.
Сегодня на полках опять осталось много дел.
— Я могу ещё отвезти корзину к двери, — сказал грузовичок. — А потом ткань к шкафу. А потом пустую банку.
Мила посмотрела на него поверх очков.
— Выберем, что действительно нужно закончить сегодня. Остальное никуда не уедет без нас.
Тишка подумал. Банка вполне могла остаться на своей полке. Корзина требовалась утром садовнице, а ткань лучше было убрать, чтобы она не упала на пол.
Получилось всего два маленьких рейса.
Два рейса и одна остановка
В первый рейс Тишка повёз корзину. В кузове она выглядела так, будто это корабль, а грузовичок — целое море. Мила придержала корзину, пока он осторожно подъезжал к двери.
Потом они вместе поставили её под навес. Дождь туда не попадал, и утром садовница сразу увидит свою вещь.
Во второй рейс поехала ткань. Она была мягкая и всё время хотела превратиться в подушку. Мила сложила её квадратом, а грузовичок отвёз к низкому шкафу.
— Готово, — сказала сова.
Тишка посмотрел на верхнюю полку.
— Там ещё совок.
— Он на своём месте.
— А рядом щётка.
— Она тоже на своём месте.
Грузовичок прислушался к мотору. Тот урчал уже не так бодро, как утром. Колёсам хотелось стоять, а кузову — никого не везти.
— Значит, теперь моя остановка?
— Именно.
Мила подвела его к полосатому коврику. На нём не лежало ни корзин, ни банок. Только светлая полоска посередине — как раз под Тишкины колёса.
Последний фонарь
Сова прошла по гаражу и приглушила свет. Окно возле двери стало синим. Круглый настенный фонарь над шкафом погас. Ещё один, у въезда, остался светить, пока Мила прикрывала ворота.
Тишка оглянулся. Ему казалось, что без всех огней гараж станет чужим.
Но Мила повесила над ковриком маленький тёплый фонарь. Он освещал края полосок и угол полки, на которой стоял папоротник.
Гараж остался тем же. Только теперь в нём лучше было видно Тишкино место.
— Этот последний? — спросил грузовичок.
— Последний на сегодня. Если захочешь, потом сделаю ещё тише.
Тишка выключил фары. Мотор коротко вздохнул и замолчал. Через ворота больше не дуло. В корзине под навесом ничего не шевелилось, а ткань спокойно лежала в шкафу.
— А завтра мы снова поедем? — спросил он.
— Когда придёт утро и ты отдохнёшь.
Грузовичок подумал о кресле, которое однажды качалось у него в кузове. Теперь ему самому было почти так же удобно. Только ехать никуда не требовалось.
Мила устроилась за столом с книгой. Страницы переворачивались тихо. Тишка смотрел на светлую полоску перед колёсами, пока она не стала похожа на очень короткую дорогу — от сегодняшнего дня прямо к завтрашнему.
